Мобильная версия сайта.
Сайт газеты «Магнитогорский металл»

12 июля, воскресенье

ГЛАВНАЯ АРХИВ РУБРИКИ РЕДАКЦИЯ РЕКЛАМА КОММЕНТАРИИ ФОРУМ ОБЪЯВЛЕНИЯ

Новости газеты

11.07.2020

Комментарии ( )

Оперативная информация. Коронавирус на 11 июля

Подтверждены 9101 случай заболевания COVID-19 (+138 новых подтверждений ко вчерашнему дню).

11.07.2020

Комментарии ( )

Пандемия в цифрах

По данным оперативного штаба на 10 июля, в Челябинской области подтверждено 8963 случая заболевания COVID-19 (плюс 141 новое подтверждение к предыдущему дню).

11.07.2020

Комментарии ( )

Ориентация на клиента

ПАО "ММК" реализует проект по созданию корпоративного маркетплейса.

Опрос

Последние статьи рубрики

«Политика. Власть. Общество»

07.07.2020

Комментарии ( )

см. 7 фото »

Кровля - тоже показатель

Центральная клиническая медико-санитарная часть при активной помощи ПАО "ММК" приступила к третьему пункту преобразований в рамках стратегии развития учреждения, рассчитанной до 2024 года.

30.06.2020

Комментарии ( )

см. 1 фото »

Июльские нововведения

Начало полугодия - это всегда огромное количество вступающих в силу официальных документов.

20.06.2020

Комментарии ( )

см. 1 фото »

Прими верное решение

Закон РФ о поправке к Конституции РФ от 14.03.2020 № 1-ФКЗ "О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти".

04.06.2020

Комментарии ( )

"Детские" деньги

Первого июня многие магнитогорцы получили президентские выплаты.

02.06.2020

Комментарии ( )

см. 1 фото »

В лето - по новым правилам

Российские законы, которые вступят в силу в июне, увеличат социальные выплаты и изменят банковскую систему.

30.05.2020

Комментарии ( )

см. 1 фото »

Как спасти экономику?

Ответ на этот вопрос знают в Торгово-промышленной палате РФ.

28.05.2020

Комментарии ( )

см. 4 фото »

Строго на определённые цели

На майском заседании депутаты МГСД разобрали важнейшие темы.

23.05.2020

Комментарии ( )

см. 6 фото »

Для улучшения качества детского отдыха

В детском загородном комплексе "Абзаково" установлена новая газовая котельная.

Политика. Власть. Общество

05.06.2008

Текст: ЮЛИЯ СЧАСТЛИВЦЕВА. Фото ДМИТРИЯ РУХМАЛЕВА.

МИШЕНЬ В ЯРКОЙ МАЙКЕ

Обозреватель «Радио России» приоткрыл «ту сторону» военного эфира.

В МАРТЕ 1997-го, будучи в командировке в Чечне, Николай Мамулашвили вместе с коллегами был захвачен боевиками в качестве заложника.

Вчетвером с журналистами «Радио России» Юрием Архиповым, Львом Зельцером и корреспондентом ИТАР-ТАСС Николаем Загнойко они провели в плену 94 дня. Три месяца – в сыром подвале, в полной изоляции от внешнего мира, ничего не зная о своей дальнейшей судьбе. Через шесть лет Николай Мамулашвили написал книгу «Моя чеченская война. 94 дня в плену», презентация которой состоялась в Париже на ежегодной книжной ярмарке.

Сегодня Мамуашвили входит в состав журналистского пула министра иностранных дел РФ, освещает зарубежные визиты главы внешнеполитического ведомства. На прошлой неделе он был гостем Х фестиваля СМИ Челябинской области и – очень эмоционально и тактично – рассказал коллегам о «той стороне» прямого эфира из горячей точки.

«Жизни журналистов опасность не угрожает»

– Нас захватили в центре Грозного и посадили в глубокий бетонный подвал. На полу лежал строительный мусор, стояла одна раскладушка. И мы, четыре взрослых мужика, – двое вдоль, двое поперек – на ней спали. Потолок был очень низким, Юра Архипов даже не мог встать в полный рост. Самое страшное – отсутствие информации, полная неизвестность. Каждый раз мы не знали, зачем они пришли: то ли дать еды, то ли вынести парашу, то ли вывести нас на расстрел. Однажды нас три дня не кормили. Мы решили, что скоро расстрел. Договорились не ползать в ногах у палачей, быть мужественными. Настроя хватило на час, потом начался дикий мандраж. Нельзя приготовиться к смерти впрок.

В первые дни у нас был транзистор, мы ловили сообщения журналистов. В основном, шел официоз: позиция МВД, ФСБ, Совета безопасности. Все говорили, что жизни журналистов опасность не угрожает, их перевозят с места на место. Кстати, до сих пор такие уверенные заявления звучат в эфире.

Мы очень боялись, что нас разъединят. Честно говоря, не все было гладко в эти три месяца. К концу просто начала съезжать крыша. Но мы старались сберечь здоровье и чувство собственного достоинства. Я очень благодарен Коле Загнойко, который служил буфером между нами, сдерживал конфликты. Он был старше всех и мудрее. Выпустили нас в июне. Никогда не забуду этот первый миг свободы и запах травы.

На войне как на войне

– Уже год российские журналисты перед отправкой в горячую точку проходят курсы специальной подготовки «Бастион». Их проводит Министерство обороны, Союз журналистов Москвы и ФСБ. Готовят журналистов технически и морально. Там важно не ошибиться даже в мелочи. Вот одежда, например. Все западные журналисты находятся в горячих точках в бронежилете и каске. Такой облегченный бронежилет синего цвета с надписью «TV». Когда в 1996 году я впервые приехал в Чечню, тоже взял наш российский милицейский бронежилет. Но в нем очень неудобно, и наши журналисты от спецодежды отказываются. А западным отказаться нельзя, у них контракт, могут потерять хорошую страховку.

У журналистов нет единого мнения по поводу ярких маркеров, отличающих СМИ от военных. В «Вестях» я работал с опытным военным оператором, который всегда одевался ярко, выделяясь на общем фоне. В Югославии он ходил в майке и бейсболке темно-голубого или синего цвета, чтобы издалека быть похожим на ООНовцев. Он считал, что так безопаснее. А я возражал: на войне как на войне. Статистика показывает, что в 95 случаях из ста надпись «TV» не помогает. Более того, она стимулирует снайперов с обеих конфликтующих сторон. Представьте, сидит в окопе человек с оптической винтовкой много месяцев, ежечасно пребывая в шоковом состоянии. Там букет разных синдромов да и просто злость… И он выстрелит не в противника, а в оператора в ярком красивом одеянии. По моему убеждению, журналист в горячей точке не должен выделяться. Он должен выглядеть обычно.

В то же время у журналиста не должно быть военных вещей. Конечно, нет обуви удобнее, чем армейские берцы, но когда попадаешь к боевикам, они обращают внимание на все абсолютно. Вот какой случай произошел с моим другом Олегом Сафиуллиным (сейчас работает на ТВЦ) в Югославии. Они собирались в Косово и накануне зашли в бар сербского городка. К журналистам подсел сербский офицер. Узнав, что они собираются в Приштину, попросил передать родственникам сто долларов. Получив согласие, достал лист бумаги, вынул из планшета остро отточенный карандаш и быстро начертил идеальную схему города. Так рисуют специально обученные военные штабисты. Без задней мысли нарисовал, как проще добраться до его дома. На следующий день, когда журналисты пересекли границу, машину остановили боевики, чтобы проверить документы, аккредитацию. Видеоинженер был одет в жилет цвета хаки. И брелок у него некстати был с лазерной указкой. Боевиков это зацепило. Напряжение стало расти. И когда они, вытряхнув из рюкзака Олега бумаги, раскрыли карту, вникать в суть ситуации уже никто не стал. С военными вообще спорить нельзя. Журналистам завязали глаза, отвели в подвал, учинили допрос. Эти шесть часов в подвале стали самыми страшными в их жизни. Потом троих отпустили, а сербского переводчика оставили и через две недели расстреляли.

Вообще находиться в горячей точке нужно не больше двух недель. Потом ты просто мозолишь глаза, и боевики, и федералы начинают подозрительно на тебя коситься: не шпион ли?

Чашка кофе во время перестрелки

– Военным журналисты мешают, поэтому нас недолюбливают. И по-своему военные правы. Всем известный «Норд-Ост» тому пример. Сейчас на курсах «Бастион» учат поведению в горячей точке. Но, кроме специальных навыков, есть и этические нормы. Во-первых, не надо высасывать информацию из пальца…

Как-то с небольшой группой журналистов я ездил по святым местам в Израиле. Заехали на территорию Палестины. Едем без сопровождения на микроавтобусах по разбитой дороге. Известно, что в радиусе ста километров нет никого. И вдруг за поворотом – военные израильские джипы, солдаты. Нас останавливают и поворачивают назад. Ничего страшного, все спокойно. Но смотрю, корреспондент ИТАР-ТАСС, три дня изнывающий от скуки, начинает запись: мол, российские журналисты попали в эпицентр спецоперации, чуть не лишились жизни. Корреспондент Интерфакса, видя это, тоже ведет запись. И вечером какой-то из федеральных каналов сообщает, что мы чудом выжили. Так они все расписали, что, думал, нам героя России дадут. Но никакой смысловой нагрузки сообщение не несло, только родственников заставили нервничать.

Неприятно сталкиваться с непрофессионализмом коллег. Меня сильно задел один случай: в Чечне. Во время перестрелки мы с коллегами пытались укрыться. Вбегаем во двор какого-то дома и видим: сидит норвежский корреспондент, возле него чашечка ароматного кофе, рядом переводчик, транзистор транслирует одну из наших радиостанций (а мы выходили в эфир каждые десять минут). Переводчик переводит наш текст, а корреспондент выдает его в эфир, будто сам находится в эпицентре. При этом театрально создает эффект присутствия, имитируя прямое включение. Всему же должен быть предел, тут люди жизнью рискуют…

В прямом эфире – Ичкерия

– Очень важно, насколько чувствуют друг друга журналист, делающий репортаж из Чечни, и ведущий, принимающий его в Москве. Мой коллега Сергей Холошевский был в Афганистане, когда американские солдаты штурмовали пещеры, где якобы скрывался Усама Бен Ладен. Сергей в прямом эфире сообщил, что террорист не найден, а ведущей нужно протянуть еще секунд сорок. И она спрашивает: «Сергей, а где, по вашим данным, скрывается Усама Бен Ладен?» За такой вопрос готов разорвать. ФСБ. ЦРУ, все спецслужбы мира не знают, а Сергей Холошевский должен знать. Глупость, конечно. И приходится объяснять: думали, что вот здесь, но никто не знает, есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе…

Со мной был опасный случай в Чечне. Я делал репортаж из села, занятого боевиками. Они рассматривали наш спутниковый телефон, задавали дурацкие вопросы: можно ли позвонить в Африку или в Антарктиду. Окружили меня человек пятьдесят с автоматами, а я должен включаться в эфир. Боевикам тоже интересно, как это все происходит. Поскольку я передаю информацию из их стана, то говорю в сообщении не «Чеченская Республика», а «Ичкерия», как они себя называют. Редактор меня останавливает и, дожевывая булочку, просит диктовать заново. Я прекрасно понимаю, что его смутило, но повторяю текст без изменений. Он в ответ: «Коля, я не знаю никакой Ичкерии. Такой республики не существует».

Не навреди

Могут ли журналисты влиять на ход военных действий? Не хочу, чтобы это выглядело громко и пафосно, но, конечно, влияют. Есть мнение, что первую чеченскую кампанию остановили журналисты. Формировать общественное мнение – серьезная вещь. Журналисты обладают большой силой, и здесь главное помнить: не навреди.

Комментарии к статье


Яндекс.Погода
 

Фоторепортажи


Публикации

04.07.2020

( )

Подарок для ребятни

В редакцию "ММ" пришла благодарность в адрес депутата Магнитогорского городского Собрания.

16.06.2020

( )

Спасибо за площадку

В редакцию "ММ" пришло письмо от жителей дома № 15/1 по улице Труда.

16.06.2020

( )

см. 5 фото »

Праздник-онлайн в детском саду

Вот пришло долгожданное лето, наполнившее ароматом трав и яркостью красок нашу жизнь, и подошло время прекрасных традиционных праздников.

    Реклама

Система Orphus
Яндекс цитирования службы мониторинга серверов
Я принимаю Яндекс.Деньги
ГЛАВНАЯ
АРХИВ
РЕДАКЦИЯ
РЕКЛАМА
КОММЕНТАРИИ
ФОРУМ
ПОИСК

© АНО «Редакция газеты «Магнитогорский металл». (2005-2020).
Адрес редакции: 455038, г. Магнитогорск, пр. Ленина, д. 124/1, телефоны редакции: +7 (3519) 39-60-74, 39-60-75, 39-60-76, 39-60-78, 39-60-79, 39-60-87.
E-mail: inbox@magmetall.ru
При воспроизведении материалов «ММ» в печатном, электронном или ином виде, ссылка на «Магнитогорский металл» обязательна. За достоверность фактов и сведений ответственность несут авторы публикаций и рекламодатели. Редакция может не разделять точку зрения автора. Письма и рукописи не возвращаются и не рецензируются.

Дизайн – Анфёров Артем.
Редактор сайта – Кудрявцева Ю.В.
Разработка – Серебряков С.А.