Мобильная версия сайта.
Сайт газеты «Магнитогорский металл»

17 декабря, понедельник

ГЛАВНАЯ АРХИВ РУБРИКИ РЕДАКЦИЯ РЕКЛАМА КОММЕНТАРИИ ФОРУМ ОБЪЯВЛЕНИЯ

Новости газеты

15.12.2018

Комментарии ( )

Укрепляя сотрудничество

На этой неделе в Магнитогорске с рабочим визитом побывала официальная делегация города Хуайань провинции Цзянсу Китайской Народной Республики.

15.12.2018

Комментарии ( )

Задай вопрос президенту!

В четверг, 20 декабря, состоится традиционная пресс-конференция главы государства, попасть на которую есть возможность не только у журналистов кремлёвского пула, но и у представителей региональных средств массовой информации.

15.12.2018

Комментарии ( )

Уточнить детали

Об изменениях в законе о занятости населения любой желающий может узнать у специалистов.

Опрос

Последние статьи рубрики

«Литературная гостиная»

20.11.2018

Комментарии ( )

см. 5 фото »

"Привлёк внимание КПСС"

Посланцы Магнитки вместе с лучшими представителями советской сферы культуры сопротивлялись наступлению застоя в общественной жизни страны.

15.11.2018

Комментарии ( )

см. 12 фото »

"Время мчит напропалую…"

Завтра в Магнитогорске отметят 105-летие со дня рождения поэта, музыканта, педагога, журналиста Нины Кондратковской.

24.07.2018

Комментарии ( )

Под порывами тёплого ветра

Она тяжело поднялась, постояла, улыбаясь воспоминаниям.

17.07.2018

Комментарии ( )

см. 1 фото »

Бабкиных рук дело

Началось всё с ерунды. Я торговал косметикой вразнос. Был этаким современным коробейником.

17.07.2018

Комментарии ( )

см. 1 фото »

"Всё сказано в стихах…"

Тринадцатого июля исполнилось полгода, как ушёл из жизни Виталий Цыганков - поэт, журналист, публицист, член Союза писателей России.

10.07.2018

Комментарии ( )

"На одном дыхании высоком…"

В преддверии Дня металлурга в Литературной гостиной "Магнитогорского металла" - стихи первостроителя Магнитки, автора трёх десятков поэтических книг Бориса Александровича Ручьёва.

10.07.2018

Комментарии ( )

см. 8 фото »

Машинист горячих путей

Его путь в литературе был наполнен взлётами и падениями.

03.07.2018

Комментарии ( )

см. 17 фото »

Дочь Урала

Павел Бажов называл Татьяничеву Хозяйкой Магнит-горы.

Литературная гостиная

17.04.2018

Текст: Георгий Гора

Премия

Мой отец, Леонид Степанович Пищугин, тридцать лет своей непутевой жизни отдал литературному творчеству, но, как выяснилось со временем, напрасно: ни одна его строчка не была напечатана.

Отец принадлежал к числу неудачников, которые писали стихи и прозу без малейшей надежды увидеть свои творения опубликованными. В те времена между писателем и читателем стояли заградительные отряды, состоящие из политработников, цензоров и редакторов издательств, которые зорко следили за тем, чтобы покой литературных генералов, полковников и лейтенантов ничем не нарушался. Поэтому шансов напечататься не было.

Умер отец совсем по-русски. Получив из Москвы очередной отказ, он выпил две бутылки дешёвого вина, и с ним случился инсульт. Мать вернулась с работы и нашла его в прихожей уже мертвым. Похоронили его на небольшом русском кладбище далекого от России таджикского городка Яван, где мы тогда жили. Было отцу шестьдесят девять лет.

Отец писал романы, повести, рассказы. Был он инженером-строителем, и ему не нужно было умение печатать на пишущей машинке. Для этого в конторах имелись барышни-секретарши. В любой момент отец мог отдать печатать нужную бумажку. Когда же ему захотелось литературной славы, он за месяц выучился стучать на машинке, правда, двумя пальцами, но довольно бойко.

Свои романы отец печатал на маленькой изящной машинке "Оптима". Она была немкой по происхождению и всегда вызывала у меня чувство острой зависти. Хотелось тихонько подкрасться к машинке, когда отец не видит, и потыкать пальцем в какую-нибудь клавишу: что из этого выйдет? Но мне ни разу не удалось осуществить свои коварные замыслы. Во-первых, отец много работал, а во-вторых, во время отдыха он прятал "Оптиму" в изящный футлярчик. Так что я всегда оставался с носом. Когда же отец умер, "Оптима" досталась мне по наследству, и я печатал на ней свои первые рассказы. Компьютеров тогда ещё не было.

Романы отец копировал в трёх экземплярах и отправлял в Москву по разным адресам: так было надёжнее. Ему хотелось славы большой, всесоюзной. Такой славы можно было добиться только через Москву. Поэтому он без устали на протяжении тридцати лет сбрасывал на Москву свои толстые романы, как самолёт сбрасывает бомбы на вражескую территорию.

Москва от него отмахивалась, и всегда успешно. Отец считал свои романы гениальными и каждый отказ воспринимал крайне болезненно. Реакция на отказ была всегда одинакова: получив из Москвы пакет с рукописью и разгромной рецензией, он покупал несколько бутылок "бормотухи" и напивался вдрызг.

После этого находиться с ним в одной квартире было невозможно. Для начала он включал телевизор и радиоприёмник одновременно. Потом садился куда-нибудь, всё равно куда - на стул, на диван и даже на пол, снимал очки и начинал плакать. Он оплакивал свою неудачливую писательскую долю, слёзы текли из беззащитных растерянных глаз, и его можно было бы пожалеть, но я знал, чем всё это кончится.

Постепенно отец возбуждался всё больше и больше, слезы высыхали, он начинал подпевать телевизору, сначала совсем тихо, затем громче. Через некоторое время он уже орал во весь голос, да так, что стекла дрожали в оконных рамах. Голос у него был грубый, слух отсутствовал напрочь, поэтому это было похоже на крик одинокого павиана в джунглях. В такие минуты мы с матерью уходили к соседям и там ночевали: знали, что до утра отец не успокоися.

Утром он смотрел виновато, но прощения не просил: понимал - себя ему уже не исправить.

Я читал все рецензии, которые присылали ему из Москвы. Консультанты из толстых журналов обвиняли его во всех смертных грехах. Но главным грехом был канцеляризм.

И действительно, отец слишком часто употреблял канцелярские выражения. Это шло от его инженерной деятельности. Он привык составлять официальные документы. Эта привычка прочно вошла в его литературное творчество. Например, в самом что ни на есть художественном произведении он мог написать фразу: "Они поднялись до уровня задач современного момента" или "Руководители охватили всех сотрудников неотложными мероприятиями". Такое, конечно, нельзя было допускать. Тут я был полностью согласен с консультантами из Москвы.

Но отец ничего не признавал. Он считал, что его специально "душат", чтобы не печатать. "Мои романы гениальны, я как писал, так и буду писать!" - плевал он в сторону Москвы.

И отчасти был прав. Его не печатали по другой причине: в своих романах отец поднимал проблемы, которые советская литература скромно старалась не замечать. Например, написал роман о том, как посреди голой степи советские геологи отыскали месторождение нефти. Роман назывался "Степные ветры". В степь согнали тысячи рабочих. Они жили в палатках, пили тухлую воду, не мылись, не стирались, страдали летом от жары, а зимой от холода. Болели, умирали, но зато давали героические темпы добычи нефти. И всё было бы в духе социалистического реализма, если бы не главный герой романа, молодой инженер-строитель. Он по наивности начал задавать начальству нелицеприятные вопросы: дескать, почему рабочие должны жить в палатках без воды и канализации, страдать от жары и холода, почему бы сначала не построить для них современный город с благоустроенными домами, и только потом сгонять в степь? Начальство вовремя догадалось, что парень не понимает, в какой стране живёт, что такое "социализм любым путем", и отправило его домой к маме. На этом роман заканчивался.

Его, конечно, не напечатали. Отцу ответили, что это его не касается: наверху сами знают, когда ставить палатки, а когда города строить. Отец плюнул на всё и на неделю ушёл в запой. Через неделю очнулся и решил больше никогда не писать проблемных романов.

И тут ему единственный раз в жизни крупно повезло. Дело в том, что отец очень любил читать детективные повести. В домашней библиотеке было много как иностранных, так и наших авторов-детективщиков. Разочаровавшись в производственных романах, отец с горя решил написать детективную повесть. И написал.

Всех подробностей уже не помню, но вкратце сюжет повести выглядел следующим образом. Главный герой смастерил себе маску в духе современных ужастиков. Растянутый до ушей рот, красные глаза, оскаленные зубы - в таком виде герой ходил на преступления. Он забирался в окна первых этажей, уже в квартире натягивал маску и будил хозяев. Увидев среди ночи такой ужас, несчастные жертвы надолго теряли сознание, а сообразительный малый в это время очищал квартиру от излишек денег и драгоценностей. Ретировался он также через окно. А на улице благоразумно маску снимал. После долгой погони доблестная милиция схватила негодяя и отправила в тюрьму.

Называлась повесть: "Маска Квазимодо". Весь этот бред занимал примерно сто страниц на машинке.

Впервые отец не отправил повесть в Москву, у него хватило ума понять, что её там, конечно же, не напечатают. Он решил отвезти повесть в столицу Таджикистана. В те времена - в начале 80-х - в Душанбе издавался единственный в республике русскоязычный журнал "Памир". Руководил журналом Михаил Левин, главный детективщик республики. Одну повесть даже экранизировали на студии "Таджикфильм", другую собирались издавать в Москве. Прежде Левин работал в министерстве внутренних дел Таджикистана и поэтому, в отличии от отца, знал преступный мир республики не понаслышке. Вот ему-то и повез отец своего "Квазимодо".

Они встретились в редакции "Памира", поговорили, отец оставил Левину повесть и чрезвычайно довольный вернулся домой. В душе затеплилась надежда, что его наконец-то напечатают.

А через месяц в дверь постучались. Это был почтальон. Он вручил отцу конверт и немедленно удалился. На конверте отец увидел жирный штамп: "Министерство внутренних дел Таджикистана". В растерянности отец вернулся в комнату. При виде конверта мать перепугалась: она помнила Сталина и до смерти боялась милиций и прокуратур.

- Тебя арестуют! - закричала она в ужасе.

- Не говори глупостей! - огрызнулся отец. Но видно было, что и он порядочно струхнул.

Дрожащими пальцами отец разорвал конверт и достал белый лист бумаги.

"Прочитав письмо, он осветился радостью",- эта фраза из одного отцовского романа очень хорошо подходила к ситуации. Короче говоря, отец обрадовался.

- Вот оно! Наконец-то! Меня признали! - радостно закричал он. - Я говорил, что я гений. Меня всё-таки признали!

Воздев руки к потолку, он прямо посередине комнаты исполнил медленный танец медведя на арене цирка. При этом люстра под потолком слегка позванивала, а половицы под ногами немного поскрипывали. Мы с матерью поняли, что в письме было что-то очень хорошее. Наконец, немного успокоившись, отец отдал мне бумажку. Там черным по белому было написано: "Выписка из приказа по Министерству внутренних дел Таджикистана. За создание достойного произведения, освещающего нелегкий и опасный труд работников внутренних дел республики, наградить писателя Пищугина Леонида Степановича премией в размере 300 рублей. Министр внутренних дел Таджикистана генерал-майор Махмудов".

В этот день в нашей семье был праздник. Отец расслабленно лежал на диване и принимал от нас с матерью поздравления.

Триста рублей в те времена были приличной суммой. На них можно было жить несколько месяцев. Деньги перевели по почте. Отец получил их, однако повесть в "Памире" так и не напечатали. Видимо, Левину не нужны были конкуренты.

Потом, когда отец окончательно спился, он брал с собой эту бумажку и показывал её собутыльникам в городских забегаловках. "О! - восхищались алкоголики. - Писатель!" И наливали ему лишнюю стопочку.

После гражданской войны в Таджикистане мы с матерью уехали в Россию. Отец один из нашей семьи остался лежать в земле на чужбине. Вечная ему память.

 

Комментарии к статье


 
Яндекс.Погода
 

Фоторепортажи


Публикации

13.12.2018

( )

Голубенькая и чёрненькая

Обращаюсь к добрым людям с просьбой взять очаровательных котят, которых я подобрала в мороз и выходила.

05.12.2018

( )

Любимому городу посвящается

В последние дни осени в Центре народного творчества Орджоникидзевского рай-она прошел Городской фестиваль ремесел "Мастера стального города", посвященный 90-летию Магнитогорска.

05.12.2018

( )

Музыкальная перезагрузка в Магнитогорске

Первые зимние дни порадовали жителей Магнитогорска не только хорошей погодой, но и яркими выступлениями самого необычного в России камерного оркестра "Imperialis Orchestra".

    Реклама

Система Orphus
Яндекс цитирования службы мониторинга серверов
Я принимаю Яндекс.Деньги
ГЛАВНАЯ
АРХИВ
РЕДАКЦИЯ
РЕКЛАМА
КОММЕНТАРИИ
ФОРУМ
ПОИСК

© АНО «Редакция газеты «Магнитогорский металл». (2005-2018).
Адрес редакции: 455038, г. Магнитогорск, пр. Ленина, д. 124/1, телефоны редакции: +7 (3519) 39-60-74, 39-60-75, 39-60-76, 39-60-78, 39-60-79, 39-60-87.
E-mail: inbox@magmetall.ru
При воспроизведении материалов «ММ» в печатном, электронном или ином виде, ссылка на «Магнитогорский металл» обязательна. За достоверность фактов и сведений ответственность несут авторы публикаций и рекламодатели. Редакция может не разделять точку зрения автора. Письма и рукописи не возвращаются и не рецензируются.

Дизайн – Анфёров Артем.
Редактор сайта – Кудрявцева Ю.В.
Разработка – Серебряков С.А.