Врач-офтальмолог магнитогорской городской больницы № 2, расположенной на Уральской, 48, Наталья Фурсова получила благодарность президента Российской Федерации за заслуги в области здравоохранения и многолетнюю добросовестную работу. Это убедительное подтверждение её профессионализма. Как и то, что пациенты, единожды побывавшие на приёме у Натальи Николаевны, стремятся наблюдаться именно у неё.
В их числе автор этого материала. Благодаря Наталье Фурсовой я, с моим достаточно сложным зрением, наконец-то могу не щуриться в кино и видеть мимику актёров на театральной сцене, не говоря уже о ценниках в магазине и номерах маршруток. Поэтому на личном опыте могу сказать всем, кто предпочитает быстренько, без визита в поликлинику, проверить зрение в оптике и заказать очки: выберите время для посещения врача-офтальмолога. Это совершенно иная квалификация!
Наталья Фурсова не только с ювелирной точностью ставит диагнозы, лечит и помогает выбрать оптимальные методы коррекции зрения, но и ведёт серьёзную просветительскую работу – ведь от нас самих во многом зависит, чтобы проблемы были своевременно обнаружены, а их последствия – минимизированы.
Конечно же, когда мой доктор получила весомую награду, я искренне за неё обрадовалась и воспользовалась случаем поговорить с ней о её пути в профессии – и попросить советов для читателей «Магнитогорского металла».
Врач-офтальмолог ведёт приём в поликлинике на Уральской, 48 по будням с 8.00 до 15.00. Подхожу к кабинету № 40 на третьем этаже в четвёртом часу, когда в коридоре непривычно пусто. Особенно мощный поток идёт к офтальмологу с 8 до 10 часов утра – когда горожане проходят диспансеризацию, но и потом – работа в напряжённом режиме. Наталья Фурсова единственный врач офтальмологического профиля в поликлинике, но на загрузку не жалуется – работу свою она любит. Быть врачом – сбывшаяся мечта, к которой она шла долго и целеустремлённо. И это была нелёгкая дорога.
Наталья Фурсова – врач во втором поколении. Мама, Альбина Фурсова, окончила Смоленский государственный медицинский институт, по распределению приехала в Магнитогорск, вышла замуж, да так здесь и осталась. Альбина Сергеевна всю жизнь работала в поликлинике на Комсомольской площади – возглавляла терапевтическое отделение, затем работала врачом-инфекционистом. Отец, Николай Павлович Фурсов, – электрик, всю жизнь проработал на Магнитогорском металлургическом комбинате в травильном отделении листопрокатного цеха № 5. Родители не настаивали, чтобы дочь шла в медицину, но решение её поддержали.
Наташа с детства была неравнодушна к чужой боли. Промывала глазки больным котятам, помогала их выхаживать, снимала с деревьев – и сохранила любовь к кошкам по сей день.
– Наверное, это у меня в крови – кого-то полечить, – говорит Наталья Николаевна. – Но ветеринаром быть не хотела – невыносимо смотреть, как они страдают, а сказать, что болит, не могут. У меня было два кота, пока не завожу других – тяжело их терять.
Когда в старших классах пришло время выбрать направление начального профессионального образования, Наталья выбрала медицину. Получила квалификацию младшей медсестры и «корочки» УПЦ – учебно-производственного цеха. И в 1988 году, окончив 20-ю школу, поехала в Смоленск, где жила бабушка. Однако в Смоленский медицинский не поступила – конкурс в престижный вуз был 15 человек на место.
Наталья Фурсова осталась в Смоленске – работала в больнице скорой помощи, в Смоленском отделении «Красного Креста» младшей медсестрой по уходу за больными.
– На моём пути всегда встречались хорошие доктора, хорошие люди. Мне хотелось быть на них похожей! – говорит Наталья Николаевна.
Когда я слушаю, с какой искренней теплотой она отзывается о коллегах, с которыми её сводила судьба в разных городах и больницах, думаю: у хорошего человека все вокруг хорошие, потому что умеет замечать в людях свет и доброту, не акцентируя внимание на негативных моментах. К таким людям и окружающие тянутся.
Почти три года Наталья Фурсова жила и работала в Смоленске – и упорно пыталась пробиться в медицинский. После третьей неудачи вернулась к родителям в Магнитогорск, поступила медицинский колледж имени П. Ф. Надеждина.
– Я поставила себе цель – окончить колледж с красным дипломом, чтобы получить возможность льготного поступления. Подумала: последняя попытка.
– Не было желания выбрать иной путь – не связанный с медициной?
– Нет. Я решила: или поступлю в вуз, или буду работать медсестрой. По окончании колледжа попала работать в глазной кабинет поликлиники № 1 МСЧ ММК. Там работали замечательные доктора Маргарита Николаевна Дурманенко и Лидия Сергеевна Козлова, я в них просто влюбилась. И, наверное, этому решила стать глазным врачом.
Удача наконец улыбнулась Наталье Николаевне. С 1994 по 2000 год она училась в Челябинском медицинском институте (ныне это университет). Жила в студенческом общежитии на улице Воровского. На тяготы жизни в чужом городе, да ещё в полуголодные девяностые, она не жалуется. Учёбу совмещала с работой в «детской» бригаде скорой помощи на Челябинской подстанции – и считает это своим везением. В те годы в областной столице не были редкостью разборки с поножовщиной, наркомания и прочий экстрим, и «взрослым» бригадам приходилось тяжело. Однако, когда человеческая жизнь в опасности, спасает тот врач, который оказался рядом.
– Помню, как ехали на вызов и увидели аварию с пострадавшими. Там и остались, а наш вызов взяла на себя другая бригада, – вспоминает Наталья Фурсова.
А ещё скорая – это и медицинская практика широчайшего профиля, и обретение чуткости к психологическому состоянию пациента… И проверка на прочность – как и случай на государственной практике в отделении недоношенных детей:
– Утро первого дня. Одновременно со мной должна была прийти новая медсестра, моя тёзка. Меня спрашивают: «Ты Наташа? – Наташа. – Принимай пост». Четыре кювеза с детишками. Говорю: «Я на практику…» – «Вот старшая придёт, и разбирайтесь». За два часа, пока медсестра не пришла, я уже научилась и кормить через зонд, и уколы делать маленьким деткам.
Интернатуру Наталья Фурсова проходила в глазном отделении медсанчасти ММК.
– Чудесный коллектив! Заведующей была Нина Алексеевна Дорожкина, работали Ирина Геннадьевна Григорьева, Сергей Васильевич Пастухов, оперировали они прекрасно – там и сейчас замечательные доктора.
После окончания интернатуры я пришла в поликлинику на левый берег – рядом с заводоуправлением, на Кирова, 99. По сути, вернулась в родной кабинет, но уже врачом, там работала семь лет, с 2001 по 2007 год.
Чтобы расти профессионально, перешла в первую городскую больницу. Там работала врачом экстренной помощи и вела больных четыре года, по 2011-й, под руководством Тамары Фёдоровны Ланских. Мне посчастливилось перенимать опыт у Надежды Борисовны Лаушкиной, Елены Григорьевны Герасимовой. Хирурга-офтальмолога из меня не вышло – для этого нужен особый склад характера, – но научилась очень многому. Умею делать поверхностные, кожные операции. Навык оказания первой помощи пригождается и сегодня.
В поликлинике на Уральской Наталья Николаевна работает уже 15 лет. Она с гордостью говорит об оснащении своего кабинета:
– Благодарна нашему главному врачу Юлии Анатольевне Хрусталёвой за то, что для офтальмологического кабинета приобрели такое оборудование, которого в городе ни в одной поликлинике больше нет. На рабочем месте офтальмолога установлены новая щелевая лампа очень хорошего качества, рефрактометр, новый пневмотонометр. Это очень дорогое, современное, высокотехнологичное оборудование! Кроме того, оно позволяет минимизировать «круговорот врача по кабинету» (смеется) – и пациента тоже.
– Насколько я понимаю, сегодня невозможно «улучшить» себе зрение, выучив табличку «ШБ, МНК…»?
– Кроме букв, существуют таблицы с оптотипами – это и цифры, и рисунки для не умеющих читать детей, и кольца с разрезами с той или иной стороны, которые позволяют проверить зрение и у глухонемых – показываем пальцами…
– С какими проблемами обращаются люди, кроме проверки зрения?
– Снижение остроты зрения, появление «мушек» в глазах, мерцание, покраснение, слезотечение... Жалоб много. Если покраснение – смотрим, какое. Часто человек и не знает, что у него инородное тело в глазу. Соринку и под веком, и на роговице можем убрать. Это неотложная помощь, которую может и должен оказать офтальмолог.
– Люди часто стремятся сделать операцию, «чтобы снять очки». Оправданно ли это?
– Любая операция – риск. Всегда. Ни один уважающий себя хирург не даст стопроцентную гарантию, что всё пройдёт планово и без осложнений. Пациент должен взвесить риски. Уточнить, нужна ли операция. Я всегда говорю: лучшая операция – та, без которой можно обойтись. Если профессия не требует лазерной коррекции, то есть человек не является машинистом электровоза или лётчиком, не работает на высоте, то смысла в этой операции, по большому счёту, нет. Что такое лазерная операция? В данном случае, чтобы приблизить изображение на сетчатку, делается разрез, из роговицы выпариваются клеточки, лоскут возвращают на место, глаз заживает. Это очень тонкий расчёт, компьютерный, – сколько нужно выпарить клеточек, чтобы изображение попало на сетчатку. По сути тот же эффект достигается коррекцией очками или контактными линзами. Но как себя глаз поведёт после операции, никто не знает. Как сформируется рубец, никто не знает, это зависит от многих факторов. После сорока лет вообще смысла нет в операциях для коррекции зрения. Почему? Потому что с возрастом потихонечку начинает уплотняться хрусталик, формируется катаракта – тогда и назревает необходимость операции по замене хрусталика. Все операции желательно делать по показаниям. Сегодня в нашем городе оперируют два глазных отделения: в первой городской больнице и медсанчасти, результаты хорошие. Не осложнённая катаракта даёт высокие шансы иметь стопроцентное зрение. Да, на прозрачном хрусталике сейчас не оперируют, так как можно получить осложнение, и существенной разницы человек не поймёт. Ждём, пока снизится зрение, потом операция.
– Какие ошибки люди совершают по отношению к своему зрению?
– После сорока лет надо ежегодно приходить на диспансеризацию и в её рамках проверять глазное давление. Люди не всегда серьёзно к этому относятся. А между тем, повышенное глазное давление может свидетельствовать о глаукоме – эта болезнь тяжела в диагностике, первые стадии зачастую протекают бессимптомно, может оставаться стопроцентное зрение. При этом незаметно, постепенно сужается поле зрения... Глаукома стоит на первом месте по выходу на инвалидность по зрению, по крайней мере в России. Сегодня эта болезнь неизлечима, но можно замедлить её прогрессирование. Пациентов с повышенным глазным давлением приглашаем для дальнейшей диагностики и обследования. А вообще, посещать окулиста раз в год надо обязательно. Не только на диспансеризации – приходить на приём. Если есть проблемы, назначаем контрольные визиты – раз в полгода или чаще.
Кроме того, нужно соблюдать режим работы за компьютером и чтения. Через полчаса нужен пятиминутный перерыв, гимнастика для глаз. Посмотреть вдаль, поморгать, закрыть глаза… Профилактику надо проводить ещё в школе. Детей надо чем-то заинтересовывать, отвлекать от гаджетов. Да и мало кто из нас, взрослых, способен оторваться от интересной книги или от компьютера и сделать гимнастику для глаз – и совершенно напрасно. Глаза весят всего два грамма, но дают 90 процентов информации об окружающем мире.
Наталья Николаевна подытоживает:
– Я обычный человек, обычный врач-офтальмолог. Люблю своих пациентов, я им прямо об этом и говорю – что мои пациенты самые лучшие. И, как любой врач-офтальмолог, очень хочу, чтобы люди смотрели на наш прекрасный мир здоровыми глазами.
