Российское кино оттачивает голливудские качества на сюжетах из повседневной жизни россиян: о мужчине в интересном положении - "Беременный", и золушке-музейщице, завоевавшей сердце столоначальника, - "Два дня".
Беременность пациента Добролюбова (Дмитрий Дюжев) в "Беременности" протекает с единственным осложнением: он мужчина. В анамнезе: зачатие произошло естественным путем - методом загадывания желания на падающую звезду. Случай в медицине редкий, но не единственный: американский "Джуниор" уже демонстрировал беременного Арнольда Шварценеггера. Но наша комедия приправлена неповторимым российским юмором. Одно имя Михаила Галустяна чего стоит - кстати, мало кто знает, что при рождении он назван Ншан. Создатель "Беременного" Сарик Андреасян, запечатлевший свое имя на кинонебосклоне как режиссер "Иронии судьбы. Наши дни", вместе с Ншаном работает над российской версией "Карлсона". И может, оттого так легко играется Дюжеву в "Беременном", что он умеет ценить жизнь после пережитой в родительской семье драмы: сестра умерла подростком от онкологического заболевания, отец - видный актер, потом успешный предприниматель, так и не пережил этой трагедии и через несколько лет покончил с собой, а еще через год не выдержало сердце и у матери. А нынче у Дюжева маленький сын, и после победы в шоу "Две звезды" артист открыл в себе вокальный талант и гастролирует вместе с Тамарой Гвердцители. Есть для чего жить.
Тем временем Дуня Смирнова - внучка автора "Брестской крепости", дочь режиссера "Белорусского вокзала" и сестра ведущего "Больших родителей", злословившая в телепрограмме "Школа злословия", вполне по-доброму срежиссировала историю не то золушки с принцем, не то красавицы и чудовища. Ее "Два дня", открывшие последний "Кинотавр", - рассказ о любви интеллигентной сотрудницы провинциального музея (Ксения Раппопорт) и столичного чиновника (Федор Бондарчук), приехавшего его закрывать. Вокруг вьется коршуном губернаторская братия, которой позарез нужны угодья обреченного музея-усадьбы. Будет над чем посмеяться: представьте, к примеру, сцену, когда вся музейная команда ползает по паркету вслед за чиновником, на коленях вымаливая отмену ликвидационного приказа. Дуня Смирнова не так наивна, чтобы давать зрителю полную гарантию счастливого союза двух сердец - умной, но бедной и понимающего, но богатого. Однако кто нам мешает надеяться…
