Если уж и говорить "у черта на куличках" - так это точно о поселении Кацбах Кизильского района.
Добирались до него вместе с фотокором на внедорожнике через неведомые нам села - Первомайку, Малиновку, Субутак, Магнитный… Благодаря подсказкам местных жителей кое-как нашли дорогу на Зингейку, а там уже было и рукой подать до Кацбаха.
На улицах поселка пустынно. Останавливаемся у местного универсама, заходим внутрь, спрашиваем у обедающих продавщиц, где здесь живет краевед Епанешников?
- Это вам нужно добраться до школы, затем направо, потом налево… Улица Косая, если что, а вот номер дома не помним.
Все сделали в точности по инструкции, но почему-то оказались на улице Свободы…
- Не подскажете, где улица Косая?
- Это она и есть, - уверяет проходящая мимо женщина с малышом.
Вот так: а на домах-то другое написано.
- А Михаила Епанешникова как найти?
- Да вы прямо у его дома...
Надо же - в десятку попали.
Холод злючий, не то что в городе. Дверь дома не заперта, но все равно замерзшим пальцем нажимаю на звонок. Открывает сам Епанешников.
- Я только что с занятий. Пообедаю, а вы пока езжайте к колодцу. Заодно осмотрите храм Рождества Христова. А потом подходите к школе, в тепле и переговорим…
Вот теперь и объясню читателю цель нашей поездки. Давным-давно, в начале 30-х годов прошлого века, здесь был "потерян" колодец, вырытый еще при строительстве церкви, в 1904. Это сейчас в поселок проведен водопровод, который поставляет в дома селян воду из скважин на берегу реки Зингейки, а в начале прошлого века кацбахцы ходили к храму не только для молитвы, но и по воду. В прошлом году земля у храма просела и обнажила поселковую "потерю", на дне которой археологи недавно обнаружили артефакты XIX века - церковный венец, позолоченный крест и язык от колокола. Сейчас находки на экспертизе в Челябинске.
…Селяне позаботились, чтобы в "новообразовавшуюся" дыру никто ненароком не провалился, укрепили края бетонными плитами, сверху застелили досками, затем сделали из бревен сруб. Сегодня не хватает лишь цепи на вороте и ведра. Так что не пришлось нам с фотокором Андреем испить колодезной водицы. Да и не рекомендуют пока: сейчас исследователи ждут, что покажет экспертиза проб, взятых из местного источника. А вот сам храм оказался закрыт: работает только по праздничным и выходным дням, и служит в нем наш магнитогорский отец Вадим Клоков.
Направляемся в школу - в поселке она одна, без порядкового номера, просто Кацбахская школа. В этом же небольшом здании располагаются участковый пункт милиции, амбулатория, детский сад и… поселковая администрация. Такой флакон - "пять в одном" - вижу впервые.
Сама школа находится на втором этаже. Каждый проходящий с нами здоровается, не то что в городе, и это приятно. Нас встречает заместитель директора по воспитательной части Марина Жургунова. Выяснилось: в школе учатся сто девять учеников, преподают им двадцать два педагога. А рассчитан храм науки на двести шестьдесят учащихся. Марина Васильевна сетует: еще четверть века назад в Кацбахе проживало две с половиной тысячи человек, сегодня поселян осталось лишь восемьсот восемьдесят: все стремятся уехать жить и работать в Магнитогорск.
Проходим в кабинет географии, где преподает Людмила Колодина, бывший директор школы.
- Не только Михаил Георгиевич увлекается краеведением, мне тоже есть что рассказать, - смеется Людмила Николаевна.
Стены в кабинете увешаны картами, историческими документами, много книг по краеведению, в углу - стенд с минералами. Колодина раскрывает толстую папку:
- Здесь собраны все упоминания о нашем поселке.
- Неужели в Кацбахе нет краеведческого музея?
- К сожалению, нет… Зато есть казачья изба!
Казачья изба находится прямо в школе. Это небольшой кабинетик, где по-музейному расставлены экспонаты: очки "народовольца" - те самые кругляши, казачья шашка, колыбель-люлька, старые фотографии, документы вековой давности, за просмотром которых нас и застает Михаил Георгиевич.
- Пойдемте в кабинет информатики, покажу фотографии с тех самых раскопок…
Отмечу: у Епанешникова, как и многих в Кацбахе, интересный говор - гласные произносят с какой-то особой резкостью, четкостью и, тем самым, особой выделяемостью над согласными. В первые минуты с трудом воспринимаешь, но вскоре - как будто всю жизнь разговаривал на этом диалекте.
Епанешников показывает фото "провалившегося" колодца, где обнаружили те самые находки.
- Скорее всего, их в колодец бросили поселяне, когда храм пытались разрушить, - констатирует краевед, который на самом деле учитель физкультуры. А краеведение… Ну нравится ему заниматься историей Кацбаха. Правда, сам он родился в поселке Березки, что неподалеку от этих мест, а до 91-го года вообще жил и работал в Магнитогорске. Переехав в Кацбах, решил заняться историей поселка. И что интересно, жители пошли ему навстречу: то, что находили в огородах, домах, - несли Михаилу Георгиевичу, а он все кропотливо изучал, складировал.
Рассматриваем фотографии казаков, воевавших в годы гражданской.
- Этот получил один Георгиевский крест. Этот - три…
- А полный кавалер - это сколько крестов? - интересуется Андрей Серебряков.
- Полный - четыре.
По нашей просьбе открывают храм Рождества Христова. Михаил Георгиевич взялся быть провожатым.
- Давайте покажу сначала, из чего были построены первые дома поселка.
Пока плутаем по улицам, краевед рассказывает историю Кацбаха. Основан он в 1842 году как военное поселение - девятый пост Оренбургского казачьего войска в Новолинейном районе, а назван в память битвы русских войск с наполеоновской армией в августе 1813 года при речке Кацбах в германской Силезии.
Рассказывает про первые дома, построенные из лиственниц, что немногочисленным семейством росли здесь до рождения поселка. Лиственниц на всех не хватило, пришлось достраивать избы из сосны и ели.
Михаил Георгиевич показывает не только первые дома, которых осталось-то мал да маленько, но и тот, в котором жил последний председатель колхоза Яков Ладный, который не допустил разрушения святилища, вступился - делайте что хотите, но разрушить храм я не дам! А уже на купола закинули тросы и начали тянуть тракторами. Церквушка наклонилась, но устояла. С тех пор так и стоит - слегка внаклон. А служила она в советские годы поначалу сараем, а затем сельским клубом. Лишь в 2005 году вновь стала храмом.
Подходим, наконец, к церкви Рождества Христова, где нас ждет изрядно подмерзшая женщина с маленьким, черненьким и очень игривым щеночком Тузиком. Извиняемся за задержку, она в это время открывает церковный замок и отодвигает засов. Тузик юркает первым, следом проходим и мы.
Церковь просторная, богато украшена, но очень холодная: до 30-х годов ее отапливали пятью печами, а сегодня здесь лишь пара электрокалориферов. Андрей фотографирует иконы, в том числе и ту, что подарил один из магнитогорских храмов. Епанешников рассказывает, что скоро в Магнитке издадут его книгу о Кацбахе. На прощанье просит разыскать данные о Георгии Дмитриевиче Адищиве - мол, он пятый Герой Советского Союза в поселке, но каких-либо подтверждающих документов у Епанешникова нет. Вроде, был такой человек, а кто он да что - ничего не известно.
…Возвращаемся сквозь метель и сильный туман. Вновь плутаем мимо заснеженных поселков. Иногда мерещится, что застывшие вспаханные поля - это замерзшие озера, но по приближении понимаем, что это всего лишь поля… Кое-как выходим на основную магистраль и со скоростью шестьдесят километров в час "мчимся" к трубам Магнитогорска. Уже в городе проверяю спидометр: от полумиллионной Магнитки до крохотного Кацбаха "у черта на куличках" - всего-то сто километров…
